Шуду Грэм появилась в качестве модели в инстаграме бьюти-бренда Рианны «Fenty Beauty» и сразу привлекла внимание тысяч людей. Почему? Потому что она ненастоящая. Шуду нарисовал лондонский фотограф с помощью программы для 3D-моделирования. Девушка рекламирует модные штуки, и её любят подписчики. Также сейчас активно обсуждают виртуального инфлюэнсера Микелу Соусу, которая тоже сделана не из крови и плоти, а из пикселей. Мир красивой одежды и бьюти-продуктов куда-то движется, а куда – пока непонятно. Будем разбираться.

Текст – Антон Корчагин

Ольга Бузова: «Как в твиттере может быть 280 знаков, если букв всего 36?»

Сначала нужно разобраться в причинах появления «мультяшных» барышень. И тренд тут крутится вокруг уже упомянутого слова «инфлюэнсер». Что же это за зверь такой? В английском языке слово «инфлюэнсер» означает «влиятельное лицо». Некоторое время назад инфлюэнсерами были в основном фэшн-блогеры. Они выкладывали фотографии и писали посты, например, о приглянувшихся им марках одежды исключительно из любви к искусству. Когда их стали пускать на показы, бывалые модные критики презрительно фыркали. Вскоре оказалось, что многие блогеры зарабатывают на рекламе и product-placement в два-три раза больше самих критиков.

Если копнуть глубже в историю, то становится совсем любопытно. Ты знал, что первые в привычном нам понимании модели появились всего лишь в XIX веке? И что это были мужчины? Оказывается, это правда. Правда, заслуживающая пристального внимания. Ведущие портные Парижа в 1810–1830-е годы одевали молодых мужчин приятной наружности и с харизмой в свои последние фасоны и отправляли в публичные места, где собиралась их потенциальная клиентура. Молодые люди, именуемые «манекенами» (mannequin), появлялись в местах, которые посещали «инкруаябли» (группа парижских модников конца XVIII – начала XIX века). «Манекены» выслушивали комментарии и советы модников, и в соответствии с ними фасон либо отметался, либо же принимался как отныне единственно допустимый.

Сейчас понятие «инфлюэнсер» стало более широким. Это может быть рекламный блогер, способный повлиять на целевую аудиторию рекламодателя, либо звезда кино, сериалов. Или певица, рекламирующая товары или услуги в своём инстаграме. Вот одна персона, которая даст полное понимание процесса: Ольга Бузова. У неё в инстаграме 12,5 миллионов подписчиков! Фото самой Оли грамотно перемежаются рекламными постами, которым, кстати, доверяют. Поэтому для ведущих модных марок аккаунты инфлюэнсеров – возможность выстроить непосредственный эмоциональный контакт с аудиторией. И тут для бренда главное – покупательский интерес, который подпитывается знаменитыми персонами, а для самих инфлюэнсеров – гонорар, который они получают. И гонорар этот большой.

И вот теперь, когда ты стал умным и разобрался в этих сложных процессах, пора рассказать, почему на первый план стали выходить ненастоящие модели. Им не надо платить.

Виртуальное моделирование

В ситуации с ненастоящими моделями, которые, впрочем, выглядят как настоящие и рекламируют настоящие бренды, основные траты идут на две позиции – гонорар художникам-программистам и менеджерам, которые ведут проект и ищут рекламодателей. И это в разы меньше, чем может потребовать реальная звезда. К тому же в случае с виртуальными моделями пока ещё действует принцип «свежести». Тема эта пока не раскрученная и не надоевшая.

Теперь давай вернёмся к конкретным персонам, если таковыми можно назвать 3D-красоток. Уже упомянутая Микела Соуса является доверенным лицом нескольких популярных брендов. Созданная на компьютере Микела, называющая себя Lil Miquela, к своим 19 виртуальным годам набрала уже более полмиллиона подписчиков в «Инстаграме». Она «посещает» модные показы, пишет музыку, защищает права трансгендеров и темнокожих и ловко меняет комбинезон Supreme на футболку Chanel – в общем, делает всё то, что подобает делать авторитету у подписчиков. При этом бренды стоят в очереди, чтобы оказаться на одной из фотографий в её профиле.

Ещё одна кибердевушка – Шуду Грэм – вовсе не скрывает своего происхождения. В подписи к профилю так и написано: «World’s First Digital Supermodel» («Первая в мире цифровая супермодель»). Шуду была создана путём CGI-графики (неподвижные и движущиеся изображения, сгенерированные при помощи трёхмерной компьютерной графики).

В отличие от Микелы, Шуду прямо называет себя модным инфлюэнсером и снимается для обложек журналов, брендов одежды и кампейнов косметики. Грэм появилась в рекламе «Fenty Beauty», затесавшись в ряды моделей Слик Вудс, Паломы Элсессер и основательницы марки Рианны. После реалистичной фотографии с темнокожей красоткой эксперты начали спорить, насколько дешевле и эффективнее приглашать виртуальных девушек вместо настоящих. Кажется, Белле Хадид, Кендалл Дженнер и Кайе Гербер вскоре придется потесниться.


Факты

История виртуальных моделей началась в 2015 году с девушки Saya, которая подала заявку на конкурс красоты. Пользователи твиттера были шокированы, узнав, что Saya – всего лишь трёхмерная проекция, созданная при помощи графических редакторов Maya, ZBrush, Mari, Quixel2.0 и Photoshop.

***

Некоторое время назад сотрудники Южного федерального университета впервые провели исследование сущности женской красоты. Участникам было предложено ответить на вопрос про идеал красивой женщины. В итоге получился следующий портрет: рост от 158 до 175 см, вес от 48 до 64 кг, стройная и пропорциональная фигура, глаза зелёные или карие, ресницы и волосы густые, губы чувственные. В исследовании редко упоминались классические пропорции 90-60-90: людям теперь нравится нормальная, «здоровая» женская фигура.


Исчезающая красота: почему привлекательность меняет стандарты и с какого перепуга на подиумы стали приглашать заурядных женщин

Стандартная красота, привычные идеальные фигуры, ухоженные лица и волосы постепенно отходят в сторону. Маркетологи считают, что более успешно продавать одежду или бьюти-продукцию можно, если для рекламы использовать обычных заурядных людей. Якобы тогда потребитель более тесно ассоциирует себя с товаром, нежели когда видит безупречное лицо или фигуру какой-нибудь 18-летней барышни.

Некоторые бренды и вовсе считают, что на подиум может выходить любой человек, даже с недостатками. К примеру, модель Мелани Гайдос кардинально отличается от принятых норм и стандартов в модельном бизнесе. У Мелани отсутствуют брови и ресницы. Черты лица девушки и вовсе очень необычные, что не помешало ей стать уникальной моделью и даже сняться в клипе группы Rammstein.

Вот три необычных девушки, которые доказывают, что на пути к мечте нет никаких преград.

 

 

Английская модель Моффи страдает сильным косоглазием. Большинство людей могли бы попросту посмеяться, глядя на обложку журнала с Моффи. Тем не менее, она стала своего рода открытием в мире моды. Именно косоглазие выгодно выделило её среди других девушек и привело к успеху в сфере высокой моды.

 

 

 

 

Джиллиан Меркадо, до того как стать моделью, работала репортёром в сфере моды. С самого детства она страдает мышечной дистрофией, отчего прикована к инвалидной коляске. Однажды, увидев объявление о кастинге, куда требовались люди с необычной внешностью, девушка ради шутки отправила своё резюме, после чего была в шоке, когда агентство предложило ей работу модели.

 

 

 

 

Канья Сессера из США родилась без ног, но это не помешало ей пробиться в модельный бизнес и зарабатывать тысячи долларов за фотосессию, рекламируя нижнее бельё. По словам девушки, ей вовсе не нужны ноги, чтобы чувствовать себя полноценной и сексуальной.

 

 

 


Комментарий

Валерия Британ, event-менеджер журнала Magazine, модель (@great_britan_md):

– Думаю, что роботизация модельного бизнеса нам не грозит. Это же не детали на «ЗИЛе» делать. Куда приятнее смотреть на человека с настоящими эмоциями, с настоящей фигурой, на которой, может, не совсем идеально сидит одежда. Так что «голограмму» оставим для воскрешения ушедших певцов, а живых моделей – для услады наших глаз! В принципе, девушки с идеальными параметрами никуда не уйдут с подиумов, лишь немного подвинутся. Мне нравится тренд на привлечение обычных людей в рекламные кампании известных мировых брендов. Это помогло не только девчатам перестать думать, что та или иная одежда не для них, но также немного сбило волну повально худеющих.

Уверена, у модельного бизнеса всё будет хорошо. Спрос никуда не денется. Но всё чаще слышу рассказы о чудовищном труде наших девочек за границей. Модель – из крови и плоти, она не робот, конечно, но она всего лишь товар, расходный материал. И это сильно надламывает психику. Плюс ко всему, девочкам потом очень сложно перестроиться к обычной жизни после карьеры модели. Иначе скажу, трэш.

Comments are closed.